http://avrom.livejournal.com/605406.html

http://zhurnal.lib.ru/a/aksenenko_s_i/preobr.shtml

Читая гениальное произведение М. Булгакова "Собачье сердце" (и особенно -- просматривая одноименный, не менее талантливый фильм), надо осознавать (как это ни парадоксально), что не только Шариков, но и профессор Преображенский -- отрицательный герой.

   Без сомнения, Булгаков задумывал Преображенского положительным героем -- прототипом, как говорят, послужил дядя Булгакова врач Н. М. Покровский. Но Булгаков, как и любой великий писатель, не врал в своих произведениях и показывал правду жизни. Вместе с тем, он как бы противостоял своей повестью тем аномалиям общественной жизни, которые утвердились в стране после "Великого Перелома" 1917 года. И когда в конце ХХ века на смену аномалиям "р-р-революционной" эпохи пришли аномалии нынешнего "великого поворота" (поворота, так сказать, в другую сторону), образ Преображенского рельефно открыл свои отрицательные стороны. Аномалиями при Булгакове были -- пренебрежительное отношение к дореволюционной интеллигенции, увлечение разрушением старого уклада жизни и т. д. Эти аномалии были, в свою очередь, зеркальным отражением аномалий предыдущего периода: скажем, если до революции был пиетет перед дворянским происхождением, то после нее появился пиетет перед пролетарским -- хотя и то, и другое, по сути, пошло.

   Каждый крупный художник идет немного впереди своего времени. В связи с этим стоит вспомнить несколько затасканное определение "прогрессивный". И если в середине ХIХ века прогрессивным было изображать страдания простых тружеников, то после 1917 года это стало "общим местом", "добычей" массового литератора. Точно так же и Булгаков, отстаивая права старой интеллигенции против посягательств разнуздавшейся толпы, был прогрессивен, даже смел, когда показывал пролетариат в несколько гротескном виде (в то время на это отваживались единицы). Но во время перестройки подобные настроения снова стали шаблоном и пошлостью -- той же "добычей" литератора среднего уровня, а прогрессивным было уже другое -- бороться против коньюнктурного очернительства советской системы, против наглых замашек новоявленной "элиты" и т. д.

   В "Собачьем сердце" положительный герой только один -- пес Шарик. Есть несколько более-менее симпатичных второстепенных персонажей -- типа обслуги Преображенского либо его высокопоставленного в советской иерархии пациента. Отрицательные черты Шарикова и Швондера всячески подчеркиваются самим автором, поэтому остановимся на отрицательных чертах Преображенского, которые, возможно, не были так заметны в эпоху Булгакова, зато заметны сейчас. Из сказанного ниже будет понятно, почему среди положительных героев не упомянут доктор Борменталь. 
.........................

Аксёненко Сергей Иванович

 http://avrom.livejournal.com/602194.html

Около 10:15 арабские снайперы открыли огонь по еврейскому кварталу Хеврона. Была обстреляна Бейт-Хадасса, Пули попали в три квартиры, (Вильдер. Хоровиц и Бляйхборд), и на игровую площадку детского сада во дворе. Пулю там обнаружили дети, которые вышли играть после теракта. Возможно, это рикошет от стены дома, т.к. пуля сильно расплющена. В одной из квартир пули застряли в стене детской комнаты над детской кроваткой. К счастью в этот момент дома никого не было.
Было слышно несколько одиночных выстрелов, произведенных с довольно близкого расстояния, сначала непонятно, стреляли мы или по нам - и сразу же солдаты на охраняющих Бей-Хадассу постах открыли ответный автоматный огонь.
Никакой паники, в том числе и среди детей, естественно, не было - в ходе "мирного процесса" бывали времена, когда такие вещи случались чуть ли не каждый день, сейчас эта мирная жизнь, видимо, возвращается вновь.
Характерно, что и этот обстрел и убийство двух ребят из Кирьят Арбы совершенное "палестинскими" полицейскими в районе Хеврона, произошли в тот момент, когда правительство Ольмерта-Барака намеревается изгнать евреев из законно купленного нами дома в Хевроне. Совет еврейской общины Хеврона возложил ответственность за теракт на премьера Ольмерта и министра обороны Эхуда Барака. В ответ на убийство в районе Хеврона правительство начало процесс выселения евреев - и вот результат. Евреи Хеврона требуют, что бы правительство вернулось к своим настоящим задачам - защите еврейского народа и заселению Земли Израиля. Сейчас же это правительство арабов, а не евреев.
Сразу после теракта армия задержала несколько десятков находившихся в округе арабов, в настоящий момент в городе слышны отдельные выстрелы.

 http://avrom.livejournal.com/601284.html

Прошло уже почти двадцать лет с тех пор, когда на российских телеэкранах, на страницах СМИ и научных публикаций вновь появилось слово "еврей". Почти весь послевоенный период оно фактически относилось к непроизносимым словам: история евреев, их роль в обществе не изучались и даже не обсуждались, более того - отрицалось само существование евреев как единого мирового народа.

Tags: евреи

http://scepsis.ru/library/id_848.html

Однажды в каком-то ток-шоу я увидел новорусского «бизнесмена», который заявил с предельной откровенностью: «Да что вы всё говорите: народ да народ! А вот я как профессор Преображенский. Ну, не люблю я пролетариата!». Этот субъект мало был похож на профессора – скорее на его всем известное изделие. «Да, профессор! – подумал я. – Попали вы в компанию!». Но тут же вспомнил, какой восторг у зрителей вызывала горделивая реплика Преображенского «Да, я не люблю пролетариата!» в Московском ТЮЗе, на спектакле Г. Яновской, – как будто зал был битком набит потомственными аристократами. Это был неплохой повод задуматься о превратностях судьбы художественного произведения в общественном сознании. Хотя, может быть, ничего превратного здесь нет, и всё, напротив, очень логично? Если Преображенский создал Шарикова, тот имеет полное право заявить о своем сходстве с ним.

В. Маяковский в комедии «Клоп» предрекал, что через 50 лет имя М. Булгакова будет внесено в словарь умерших слов. Поэт ошибся только в сроке. Булгакова в наше время, разумеется, не забыли, он остается культовым автором «шестидесятников», неолибералов 1980-х гг., но и «властителем дум» его назвать трудно. Булгаковский бум «перестроечного» периода возник в 1987 г., тогда же было опубликовано («Знамя», № 7) и несколько раз инсценировано «Собачье сердце». Оно имело определенный – но не ажиотажный – успех, прежде всего у фрондирующего бомонда. Интересно, что даже В. Бортко не читал повести, пока ему не предложили ее экранизировать [1]. Его фильм, вышедший на экраны в ноябре 1988 г., идеально вписался в эпоху, когда в обществе нарастали антисоветские настроения, и сам внес немалый вклад в этот процесс. Тогда «Собачье сердце» и стало феноменом массового сознания. Апологеты Булгакова причислили это сочинение к «золотому фонду» русской классики. Однако истинная классика не допускает нелепостей, а эта повесть изобилует нонсенсами и алогизмами.

http://scepsis.ru/library/id_848.html